Российское дзюдо
Пресса о дзюдо » Иван Нифонтов — о пропущенной Олимпиаде, собственном спортивном центре и планах на будущее
Иван Нифонтов — о пропущенной Олимпиаде, собственном спортивном центре и планах на будущее 4 ноября 2016

Олимпийский призер Лондона дзюдоист Иван Нифонтов не попал в Рио, на главный старт четырехлетия. На путевку в этом весе претендовали сразу пять человек. А получил ее чемпион Европы Хасан Халмурзаев, который в итоге привез в Россию олимпийское "золото". Для 29-летнего Нифонтова это, конечно, стало ударом, но не поводом завершить карьеру. Сейчас он готовится к чемпионату мира следующего года, а также к жизни после завершения карьеры: год назад открыл небольшой спортивный центр, а теперь планирует построить еще один — уже более крупный.

Две травмы за четыре года

— Сейчас, после окончания олимпийского цикла, уже можно подводить его итоги. Самые главные достижения для вас за эти четыре года? И что, наоборот, не получилось?

— Самое главное, что не получилось, — выиграть Олимпийские игры, даже поехать туда.

А вообще поначалу цикл складывался для меня неплохо. Я начал его в статусе олимпийского призера, твердой звезды топового уровня. Но в 2013 году на чемпионате мира меня постигла травма, пришлось делать операцию, восстановился после нее, поехал на чемпионат мира-2014 в Челябинск. По сути, это были мои первые соревнования международного уровня после травмы. Я занял там третье место. Наверное, в сложившихся обстоятельствах это был хороший результат.

В 2015 году я шел 100% первым номером сборной России. На Европейских играх в Баку стал серебряным призером, проиграв первому номеру мирового рейтинга, но за несколько недель до этого я его обыгрывал на международном турнире.

После была подготовка к чемпионату мира-2015. И еще одна серьезная травма. Она в итоге и не позволила участвовать в Олимпиаде в Рио. Хотя в принципе я уже доказывал, что могу восстановиться даже после серьезных травм.

В общем, можно сказать, что цикл прошел не под моим флагом, поскольку две операции за четыре года — это очень много. Некоторые везучие люди спортивную карьеру вообще без травм проходят.

— А некоторые даже после незначительных травм "ломаются" и уходят из спорта.

— На самом деле психологически это очень тяжело пережить. Все тренируются, а ты сидишь, смотришь на них и понимаешь, что каждую минуту отстаешь, что тебе нужно будет это наверстывать, работая с удвоенной силой. Тяжело. Но за всю карьеру у меня получилось пережить три операции, потому что была цель.

— А чем можно объяснить такое большое количество серьезных травм?


— Чем больше ты занимаешься спортом, тем больше выжимаешь ресурсов. У нас один из самых тяжелых видов спорта, если выкладываешься по полной, истощаешь свой организм, он не успевает восстановиться и дает тебе звоночки, появляются микротравмы, с помощью которых он говорит: я устал. И эти травмы могут перерасти во что-то большее, как и получилось у меня.

— То есть у кого-то просто этот предел оказался дальше, чем у вас?

— Да, чей-то организм может легко переварить тот объем работы, который ему дали, чей-то нет. Каждый спортсмен индивидуален, к каждому нужен свой подход. А старшему тренеру не важно, кто это, Иванов или Пупков, ему нужно, чтобы команда давала результат. Он построил такую систему: все тренируются, и у кого-то из скамейки запасных обязательно будет результат. Так, в принципе, и получилось. На смену возрастным спортсменам приходят молодые, которые еще не устали от тренировочного процесса, из них еще не выжали все соки. Сложно пройти два цикла на таком уровне. Была бы другая система, возможно, я не получил бы этих травм. Но мы сейчас говорить об этом не можем, потому что в истории нет сослагательного наклонения.

Гамба отошел от принципа

— Вы помните, как в мировом спорте появился спортсмен Халмурзаев, который стал олимпийским чемпионом Рио?

— В 2014 году он вышел из юниоров. Тогда же выиграл турнир "Большой шлем". Но он боролся нестабильно, за победами шли поражения.

После моей травмы в 2015 году заметил, что все начали показывать свой лучший результат, для них это стало стимулом проявить себя и использовать шанс. Хасан тогда начал выступать более стабильно. Тренеры склонились на его сторону, начали ему доверять. Наверное, решающим стартом стал чемпионат Европы в Казани, где он выиграл хорошо и уверенно. Этого оказалось достаточно, чтобы генеральный менеджер сборных по дзюдо Эцио Гамба отошел от одного из основных своих принципов — не брать на Олимпиаду того, кто не привозил медали с чемпионатов мира.

— Как вы для себя объясняете такое решение Гамбы? К тому же он не раз публично говорил, что возлагает на вас большие надежды.

— Мне тяжело себе это как-то объяснить. Все договоренности, все критерии отбора, которые передо мной ставили, я выполнил. Дальше — его решение. С него спрашивают результат: поставил Хасана, он выиграл, к тренеру нет никаких вопросов.

То, что Хасан выиграл, для меня даже лучше. Я понимаю, что личное — это мое дело, а медаль — она для всей страны, это уже другое. Хасан оправдал надежды, а если бы этого не случилось, мне было бы в два раза больнее. А так в плане решения стратегических задач ошибки не было.

Если рассматривать в масштабах страны, человек — песчинка. Нужно понимать, что это спорт, и приоритет в нем всегда будет в медалях, а не в удовлетворении чьих-то личных амбиций. Задача не вырастить из какого-то конкретного человека звезду, а добыть для страны как можно больше медалей. Кто это сделает, не важно: будет это Ваня Нифонтов — хорошо, Хасан Халмурзаев — ничуть не хуже.

— Когда состав сборной озвучили официально, для вас уже не было сюрпризом, что Олимпиаду придется пропустить?

— Когда оглашали официально, я уже знал. Для меня шоком это стало раньше. В конце июня я выиграл гран-при Венгрии и, сходя с пьедестала, уже знал, что путевка у меня в кармане — я выполнил то условие, которое мне поставили, я показал, что восстановился после травмы и готов бороться на самом высоком уровне. А потом мне говорят: "Вань, извини". Говорят много добрых слов, но оказывается, что выбор уже был сделан, и не в мою пользу. Я недели две вообще не мог поверить, все время думал, что сейчас все поменяется.

— Вы говорили, что пережить травмы морально тяжело. А такое, кажется, пережить ничуть не легче.

— Еще сложнее. В случае с травмой ты можешь пенять и надеяться только на себя, а здесь наоборот: ты выполнил свою задачу, но, оказывается, все зависит не только от тебя. Такое сложно понять, да и никто особо не старается объяснить.

Ты ищешь причины в себе. А если их в тебе нет? Но хочу еще раз сказать, что это личная проблема. Это не проблема команды, спорта, страны. Понятно, что людская душа ценна, но лес рубят — щепки летят. Не я первый, не я последний, это точно.

Везет сильнейшим

— Наверняка смотрели за ходом олимпийского турнира и особенно пристально наблюдали за своей весовой категорией?

— Олимпийский турнир по барнаульскому времени проходил очень поздно. Я смотрел предварительные встречи и ложился спать. В тот день, когда боролся мой вес, я пошел спать, но уснуть не мог. По телевизору не смотрел, но за результатами следил. Уже после видел все схватки.

— А по ходу турнира, по тому, как были готовы соперники, как думаете, могли бы взять "золото"?

— Так размышлять нельзя. Во-первых, будь там я, жеребьевка была бы совсем другая. Скажу так: везет сильнейшим. Для Хасана в этот день сошлось все: жеребьевка была относительно легкая, лидеры проиграли свои схватки. Тут нельзя как-то по-другому это оценивать: Хасан выиграл, он герой.

— У вас сейчас, после всего этого, какое чувство осталось?

— Когда ты четыре года идешь к цели, а тебя не везут на Олимпиаду, какие чувства могут быть? Просто расстройство. Конечно, можно обижаться на весь мир, но зачем? Так сложилось, и этого не поменяешь. Нужно идти дальше.

Доказать себе

— Расскажите про это "дальше". Какие планы на новый олимпийский цикл?

— Сейчас моя ближайшая цель — чемпионат мира 2017 года. А потом будем думать.

Пока я тренируюсь дома по индивидуальному плану до января. После возвращаюсь в сборную, продолжать подготовку с командой. Надеюсь поучаствовать в каком-нибудь международному турнире, побороться на чемпионате Европы в конце апреля, затем выступить на "Большом шлеме" в Екатеринбурге. Это поможет подойти к чемпионату мира в хорошей форме.

— А если все-таки говорить про четыре года и Олимпиаду в Токио, силы в себе чувствуете?

— 30 лет и 33 года — большая разница. Сейчас мне 29, и пока я силы чувствую. Я не знаю, как приходит понимание того, что "все", что пришел момент, когда пора повесить кимоно на гвоздь. Бывает, что человек чувствует силу, но не успевает за соперниками. Пока последний старт показал, что я могу выигрывать.

— В дзюдо в каком возрасте чаще всего спортсмены завершают карьеру?

— Как раз в 30–32 года. Но на Олимпиаде в Лондоне вторым стал немец Оле Бишов, тогда ему было 33. У нас в сборной есть Александр Михайлин, который также стал вторым в Лондоне в 33 года. После он ушел из спорта, но в этом году вернулся и выиграл чемпионат России, а ему уже 37 лет. Правда, в самой легкой и самой тяжелой категориях конкуренция существенно меньше, чем в весе до 81 кг.

— Сейчас какое отношение к вам в сборной? На вас делают ставку?


— Зачем делать ставку на меня, если в команде есть 23-летний олимпийский чемпион? Сейчас я в команде ветеран. Моя задача сейчас, выиграв чемпионат мира, доказать в первую очередь себе, что я еще могу.

Дзюдо — не шахматы

— Сейчас популярным видом спорта становятся смешанные единоборства. Они более зрелищные. У дзюдо есть какие-то преимущества перед этим видом единоборств?

— Это очень красивый, интеллектуальный вид спорта. Если ты не будешь думать, далеко не уйдешь. Есть даже такое выражение "Дзюдо — это не шахматы, здесь думать надо". К тому же это очень гармоничный вид спорта. Он развивает все тело, делает его красивым и пропорциональным.

— Знаю, что в крае у дзюдо есть хорошие традиции и свои звезды, но их немного. Как выглядит наш регион на фоне других?

— Я не скажу, что наш регион в лидерах, но он и не отстает. У нас есть городские специализированные ДЮСШ, правда, нет краевой школы олимпийского резерва.

В каждой спортшколе у тренеров по 60, 80, 100 ребятишек. В селе Алтайском работает один тренер, у него занимаются 120 человек. Я считаю, что это хороший показатель на 15 тыс. населения. И я знаю, будь он там не один, нашлись бы еще желающие заниматься. Хорошо, что у нас все направлено на развитие массовости.

— Почему тогда Иван Нифонтов у нас в крае пока один?


— Что касается спорта высших достижений, есть ряд проблем. Для нашего вида спорта важно, чтобы в зале было человек 50 как минимум, чтобы постоянно были спарринг-партнеры. Когда в зале 6 человек, один из которых 60 кг, второй 80 кг, а третий больше 100 кг, работать сложно, нет дальнейшего роста. И самая большая проблема начинается в 16–20 лет. Тогда дети задумываются: а смогу ли я раскрыть себя и стоит ли посвятить этому жизнь? Если спортсмен отвечает "нет", тогда все свое время и мысли направляет на учебу. Кто-то начинает пытаться заработать и уделяет все свободное время этому. Даже если человек не бросает, а ходит на тренировки, этого недостаточно, чтобы показывать результат. Для развития в спорте нужно все время и все мысли посвящать ему.

Чтобы нам подняться, должна быть какая-то финансовая поддержка перспективных ребят начиная с юного возраста — какие-то стипендии, гранты, спонсоры. Есть, конечно, такие, кому дзюдо не сильно нужно, но если платить ему стипендию 10 тыс. рублей, он будет ходить и может составить пару тому, кому это нужно.

Сейчас мы с женой хотим в своем клубе "Триумф" реализовать такую систему. Маленькие дети за занятия у нас платят. Когда они дорастают до уровня сборной края, перестают платить. Когда попадают в призеры сибирских соревнований, начинают получать от нас стипендию, чтобы они видели и понимали, что могут себя обеспечивать за счет спорта.

Ведь многие успешные люди добились всего благодаря спорту.

— Кажется, дзюдо — это как раз тот вид спорта, из которого вышло едва ли не больше всего предпринимателей. Так ли это?

— Не зря я сказал, что это интеллектуальный вид спорта. Голова здесь на самом деле работает. Дзюдо учит нас совершенствоваться, причем во всех направлениях: духовно, физически, умственно. Когда ты завершаешь карьеру, должен продолжать совершенствоваться.

— Если предпринимателей – выходцев из дзюдо много, есть ли спонсоры у этого вида спорта?

— Хочу отметить, сколько делает для развития дзюдо президент Федерации дзюдо России Василий Анисимов. Он вкладывает в это свои личные деньги, искренне болеет за этот спорт.

Спорт — воспитание нашей молодежи, правильного образа жизни. Достаточно вспомнить, какой провал был в 90-е, когда молодежь не видела никакой перспективы. А теперь она есть. Но чтобы реализовать себя и достичь высот, нужен правильный взгляд на жизнь, правильные ценности, здоровый сильный организм.

— Наверное, самую большую пропаганду здорового образа жизни в целом и дзюдо в частности ведет наш президент Владимир Путин. Вы заметили рост популярности этого вида спорта?


— Сейчас вообще спорт стал очень популярным, и это хорошо. Я не говорю о профессиональных занятиях, но скандинавская ходьба, фитнес помогают тебе чувствовать себя лучше. Нам отведено определенное число лет, но если не следить за организмом, можно не дожить до своего предела.

С приходом нашего президента весь спорт начал получать больше финансирования. Это касается и дзюдо.

И пусть у нас в крае один олимпийский призер в дзюдо, мы сейчас должны сделать так, чтобы появление звезд стало закономерностью. С помощью своего опыта, с помощью наработок, которые есть, с помощью властей региона.

У меня есть задача — организовать процесс так, чтобы он стал системой, которая даст постоянный результат.

— Вы с этим связываете свою жизнь после спорта?


— Дзюдо мне многое дало, и я хочу передать свои знания и направить их на то, чтобы этот вид развивался у нас.

— Это будет тренерская работа?

— Не вижу себя тренером, если честно. Я вижу себя как менеджера в этом спорте. Ведь есть много вопросов, которые должны решаться за территорией спортзала.

— Получается, сейчас именно этой работы и не хватает для результата?


— Да.

На спорте не заработаешь

— С декабря прошлого года работает ваш спортивный центр "Триумф". Он оказался востребованным?

— Это небольшой зал, где мы с супругой развиваем художественную гимнастику и дзюдо. Он привлекателен тем, что здесь реализуется полуиндивидуальный подход к каждому ученику. Если в привычном понимании у тренера в группе 20–30 детей, то здесь не больше 10. Всего на данный момент у нас занимается около 120 детей.

— Какова предельная вместимость зала?


— Мы планировали, что это будет около 140 человек в вечернее время. Но сейчас народ продолжает идти, и мы думаем о введении дополнительно утренних занятий, будем стараться принять всех.

А дальше мы хотим построить большой спортивный центр. Пока это план, но уже близкий к исполнению. Думаю, уже в этом, может быть, в следующем году начнем строительство.

В дальнейшем "Триумф" будет нашей базой, в которой мы хотим проводить селекцию. Также для того, чтобы "выцепить" маленькую звездочку, которая может стать чемпионом, мы сейчас работаем со школами, приходим туда, смотрим детей, приглашаем их к нам.

Но не каждому родителю нужно сделать из ребенка спортивную звезду, и не каждый может такой стать. И таким детям у нас тоже можно будет развиваться.

— С точки зрения бизнеса это проект рентабельный? Насколько успешно он стартовал?

— Люди чем зарабатывают: строительством, торговлей пивом. Спортивный центр — не тот проект, который нужно выбирать, если хочешь заработать. Он нужен больше для того, чтобы поделиться опытом, оставить после себя что-то хорошее.

Хотя на данный момент это один из источников дохода нашей семьи, пока вкладываем мы больше, чем получаем.

Люди готовы вкладывать в спорт

— Как появилась идея строительства центра, о котором вы говорили?

— После Олимпиады в 2012 году у нас была встреча с губернатором Александром Карлиным. Мы говорили с ним о том, как жить дальше. Тогда он посоветовал мне подумать о том, чтобы дальнейшую жизнь также связать со спортом, создать свой спортивный центр. Я загорелся этой идеей, начал готовить все документы и бумаги. Спасибо ему, что направил меня.

— Как вы сейчас видите себе этот центр?


— Там будет развиваться дзюдо, художественная гимнастика, плавание, возможно, еще какие-то занятия. Также там будет работать фитнес-центр в первую очередь для родителей, которые приводят детей на занятия.

— О проекте вы говорите уже давно. Но реализовать его мешали сложности с получением земли. Сейчас этот вопрос решен?

— Мы подошли к тому, что сейчас нам должны передать землю в аренду под строительство. Все необходимые документы в стадии оформления. Располагаться центр будет на улице Жасминной, недалеко от нового ледового дворца.

— А проект готов?

— У нас есть эскизный проект. Но пока у нас нет земли, проектно-сметную документацию мы не готовим. Как только будут документы, сразу займемся этим.

— Подсчитывали, во сколько обойдется строительство?

— Думаю, что это порядка 150–200 млн. рублей. Инвесторы для проекта тоже уже есть. Причем, когда я занялся их поисками, понял, что люди готовы вкладывать в подобные объекты, просто заниматься ими никто не хочет. Я сам готов вложить в это деньги, но нужно ли, когда у меня несколько предложений от инвесторов?

Мы подсчитали, что окупится проект в течение семи лет.

— А люди готовы тратить на детей?

— Сейчас наблюдается плохая тенденция — все переходит на платную основу. Выбирая, чем занять своего ребенка, все равно нужно быть готовым к тому, что придется платить. Даже в государственных детсадах и спортшколах есть дополнительные платные услуги.

Я как родитель считаю, что лучше потрачу деньги на развитие ребенка, чем лишний раз схожу в кафе. По сути, это не такие большие деньги.

Специальный вопрос

— Что для вас спорт?


— Когда ты юниор, это для тебя — вся жизнь. Сейчас я стал взрослым и понял, что семья и близкие важнее, чем спорт. Он ограничен временем. Когда ты только встаешь на эту тропу, думаешь, что у тебя вся жизнь впереди. А когда выходишь, видишь, что жизнь начинается только сейчас.

Сейчас спорт — это профессиональное хобби, если так можно сказать.

Я реализовал в нем многие свои цели, сейчас ставлю новые, уже вне спорта.

Это отличная школа, она дала такой опыт, который больше нигде не получишь. Спорт дисциплинирует, учит тому, что не всегда все побеждают. Когда я проигрывал, учился собираться с силами и идти дальше. Считаю, что теперь, какие бы преграды на жизненном пути меня ни встретили, я знаю, что все можно преодолеть.

В спорте есть предел. Ты становишься олимпийским чемпионом, а потом можешь это только повторить. А в жизни нет никаких границ. Сейчас для меня открываются новые горизонты. Я могу выбрать, что мне по душе, и идти, и этому пути не будет предела.

Справка:
Иван Нифонтов родился 5 июня 1987 года в Казахстане, там же начал заниматься дзюдо. Когда Ивану было 9 лет, его родители переехали в Барнаул, где Нифонтов продолжил занятия у Игоря Вотякова. Чемпион мира и Европы, заслуженный мастер спорта России по дзюдо, выступает в весовой категории до 81 кг. Лучший дзюдоист Европы 2009 года. В 2012 году завоевал бронзовую медаль Олимпийских игр, медалист Европейских игр и чемпионата Европы-2015. Женат, воспитывает сына.

«Городской портал», Барнаул

Поделиться:
Перейти к общему списку »
Поиск
Loading
Генеральные партнеры
Партнеры
Дополнительно
· Фотогалерея
· Обратная связь
· Страхование
Результаты соревнований
Открытый турнир Европы Беларусь
Белорусия, Минск (22.07 - 23.07)
Кубок Европы Германия
Германия, Саарбрюкен (15.07 - 16.07)
Открытый турнир Азии Тайвань
Тайвань, Тайбей (08.07 - 09.07)
2004 - 2017 © "Федерация дзюдо России и Национальный союз дзюдо"
При цитировании материалов ссылка на пресс-службу Федерации дзюдо России
и официальный сайт www.judo.ru обязательна.
    Яндекс.Метрика     Подписаться на RSS-ленту